«Как можно забыть эти дни?»

9 мая

70-летие Великой Победы (1941-1945 годы)

Действующие лица:

Голос за кадром, Мать, Сын, Невеста, Жених,

Военком, Почтальонка, Девушка 1,2,3, Юноша 1,2,

Мальчик, Девочка

Звучит музыка «На сопках Манчьжурии»

Выходит девушка с красными гвоздиками в руках:

Начало мая. Красные гвоздики,

Как слезы тех далеких страшных лет.

И ветеранов праведные лики,

Особенно, которых больше нет.

Когда опять подходят даты эти.

Я почему-то чувствую вину –

Все меньше вспоминают о Победе,

Все больше забывают про войну.

Никто из нас за это не в ответе.1

И сам с собой веду я разговор:

Так много было войн на белом свете,

Так много лет уже прошло с тех пор.

И, как обычно, вспоминаю папу,

Вернувшегося без обеих ног...

Как поднимался он легко по трапу,

Как танцевать он на протезах мог...

Идут по телевизору парады,

Горят в архивных фильмах города.

Тем, кто остался, раздают награды.

И кажется, что было так всегда.

Петр Давыдов

Девушка кладет красные гвоздики на противотанковые ежи и уходит.

Голос за кадром: От тех мирных спокойных времен у меня остались воспоминания и одна совсем пожелтевшая фотография. Групповой портрет… Это Валька принес откуда-то старенький фотоаппарат, старательно запечатлев всех кто ему тогда попался: веселых, шумных жильцов нашего 9 дома.

Звучит музыка «Утомленные солнцем»

Выходит Мать накрывает на стол, ей помогает Девушка 2. Входит Сын.

Мать: Сынок! Ты приехал!

Сын: Здравствуй мама, я вернулся!

Девушка 2: Сашка! Наш Сашка приехал! (обнимает его). Пойду Варе расскажу, я быстро!

Мать: Куда?! Шальная! А ты проходи сынок, проходи! Располагайся! Вернулся, домой вернулся…

Выходит Невеста, идет задумчиво, к ней подходит Жених, дарит цветок. Прогуливаются.

Невеста: Ты любишь меня, Коля?

Жених: (робко) Да.

Невеста: Ты долго будешь меня любить?

Жених: Очень!!!

Стоят, взявшись за руки. Выбегают Мальчик и Девочка.

Мальчик и Девочка: Тили-тили тесто – жених и невеста!

Жених и Невеста переглядываются, смеются и убегают.

Мальчик: А меня папа обещал на выходных в цирк сводить. Хотим посмотреть на дрессированных медведей. Ты была в цирке, Нина?

Девочка: Нет, я нигде, совсем нигде не была. Но жизнь большая и я обязательно буду, везде буду. Слышишь!?

Дети убегают, толпой входят одноклассники.

Девушка 2: Варя, я не вру тебе. Он, правда, вернулся. Красивый такой, в форме…

Девушка 1: Он что-нибудь передал мне?

Юноша 1: Что приуныли девчонки?

Девушка 3: И, правда, о чем это вы там?

Девушка 1: Да так, ничего важного. Вы посмотрите, какое сегодня утро, какой рассвет. Вот бы никогда не кончалась наш последний школьный день.

Юноша 1: Всё когда-нибудь кончается, но это и неплохо – ведь дальше будет настоящая жизнь.

Юноша 2: Вот и пролетело детство золотое. Прощай школа, прощай учителя, прощайте, однокашники! Что нас ждёт впереди? Неизвестность…

Девушка 2: Почему неизвестность? Ты станешь капитаном дальнего плавания, а я учителем начальных классов.

Девушка 3:  Ой, ребята, как представлю, лет пять пройдёт, мы все институты закончим. Вырастем. Может кто-то даже замуж выскочит.

Юноша 1: Ага, или женится. Нет, это потом. Я геологом буду, в тайгу поеду. Романтика!

Девушка 3: А я теперь не знаю, что мне делать. Эта тройка по химии мне так мешает!

Юноша 2: Тань, да брось ты расстраиваться. Ну, подумаешь, одна тройка по химии. У меня их пять, что же мне теперь и жить не стоит?

Девушка 3: Тебе хорошо рассуждать, ты едешь работать в тайгу, а мне в институт поступать надо. И куда мне теперь с этой тройкой?

Девушка 2: Ты, правда, собираешься уехать в тайгу?

Юноша 1: Правда. Хочу жизнь посмотреть в других местах. Поедем со мной!

Девушка 2: Вот ещё, придумал, я из родного города никуда. Буду учиться здесь в педагогическом, а потом в родную школу вернусь… Представляешь, лет, этак, через 10 ты станешь заслуженным геологом, вернёшься в родные места, приведёшь своих детей в нашу школу, а я их учить буду!

Звучит музыка «Довоенный вальс»

Пары танцуют.

Голос за кадром: Мы счастливые кружились в вальсе, мы верили, надеялись, любили, мы мечтали изменить этот мир… И никто не знал, что всего через несколько часов всю нашу жизнь перечеркнет одно очень страшное слово… (музыка обрывается) ВОЙНА!

Звучит музыка «Метроном»

Пары расходятся в разные кулисы.

Видео «Мобилизация»

Голос за кадром: В первые дни войны на фронт пошли те, кто отслужил действительную службу в 30-х годах. С ними же почти в одно время и парни призывного возраста. У военкоматов выстраивались длинные очереди добровольцев. На столы мобилизационных пунктов ложились груды заявлений с просьбой немедленно отправить на фронт.

На сцене стол, за которым военком разбирает стопку заявлений.

Военком: (оторвавшись от дел): Это были наспех вырванные из ученических тетрадей, блокнотов, записных книжек листки, почтовые открытки и учрежденческие бланки. Заявления были написаны разным почерком и разными людьми. Рядом с заявлениями отцов и матерей ложились заявления их детей, зачастую написанные еще неустойчивым полудетским почерком. Родители и дети, седовласые старики и подростки писали о своей готовности встать в ряды защитников Родины.

В кабинет военкома неуверенно входит Юноша 1.

Военком: (заметив юношу) Опять ты! Я же тебе уже сказал свое нет!

Юноша 1: (теребя в руках кепку, переминаясь с ноги на ногу) Но почему? Почему нет? Мне скоро 18, ну и что месяца не хватает. Я Ворошиловский стрелок (протягивает удостоверение). Разве фронту не нужны ворошиловские стрелки? На здоровье я не жалуюсь, вот и справка есть... (с готовностью протягивает очередной документ).

Военком: У тебя – да. А у матери? Да неужели ты не понимаешь, что на твоих руках мать-инвалид, что ты – единственная ее надежда и опора? Неужели ты хочешь, чтобы она без тебя...

Юноша 1: (перебивая) Посмотрите. (Протягивает листок). Я очень вас прошу, посмотрите.

Военком: (молча разворачивает листок, чуть спустя читает вслух): «Я, 3инаида Григорьевна Гедзь, прошу зачислить моего сына, Петра Гедзь, добровольцем в ряды Красной Армии. А если нужно, я тоже пойду, несмотря на то, что инвалид».

Военком выдает Юноше 1 вещевой мешок и пилотку. Уходят.

Выходят школьницы.

Песня «Ровесницы»

Школьницы уходят остается Невеста. 

Невеста:

Глаза бойца слезами налиты,

Лежит он, напружиненный и белый,

А я должна приросшие бинты

С него сорвать одним движеньем смелым.

Одним движеньем – так учили нас.

Одним движеньем – только в этом жалость...

Но встретившись со взглядом страшных глаз,

Я на движенье это не решалась.

На бинт я щедро перекись лила,

Стараясь отмочить его без боли.

А фельдшерица становилась зла

И повторяла: «Горе мне с тобою!

Так с каждым церемониться – беда.

Да и ему лишь прибавляешь муки».

Но раненые метили всегда

Попасть в мои медлительные руки.

Не надо рвать приросшие бинты,

Когда их можно снять почти без боли.

Я это поняла, поймешь и ты...

Как жалко, что науке доброты

Нельзя по книжкам научиться в школе!

Ю. Друнина

Убитых много было, страшно вспомнить. А раненых! Сколь ж их привозили в госпитали, легко- и тяжелораненых – класть некуда было. А мы, женщины, за ними ухаживали – перевязывали, кормили, давали водички попить, писали письма. Что нужно было, то и делали. Нужно не спать – не спали… Нужно было не реветь – прятали, глотали свои слезы, только потом, ночью в подушку… А для них, защитников наших, улыбались, утешали как могли, пели – даже те, у кого и голоса вовсе не было, ну разве это важно было???

Видео «Ах, эти тучи в голубом».

Выходят девушки, общаются. С другой стороны выходит Почтальонка.

Почтальонка: Маша! Маша Петрова! Письмо получи!

Девушки подбегают к ней, пытаясь, быстрее узнать, есть ли письмо для них.

Почтальонка:

Всё. Не могу я больше. НЕ-МО-ГУ!!!

Уж лучше на завод в ночную смену.

Опять кому-то горе я несу,

В их жизнь внесу крутую перемену.

Они ведь ждут, кто сына, кто отца,

Кто мужа, ну а кто-то ждёт и дочку.

Не раз они просили небеса

От них прочесть хотя бы одну строчку.

И я несу им строки, но не те...

Не от родных своих, не от любимых.

На этом проклятом людьми листе

Такая боль, что кровь застынет в жилах.

Кто без вести пропал, кто смертью храбрых

Пал за родных, за близких, за страну.

И гибли все тогда в боях неравных,

Так и не встретив мирную весну...

Эдуард Денисенко

Звучит музыка «Журавли»

Девушка 1: Здравствуй, моя Варя! Вот я и на фронте. Уже слышу стрельбу в соседнем лесочке. Там наши отбивают очередную атаку фашистов. Враг настойчиво рвется вперед. Но ты поверь мне, Москву мы не отдадим, ни за что.

Девушка 2: Я люблю жизнь, хочу жить, но фронт – такая штука, что вот живешь, живешь – и вдруг пуля или осколок ставят точку в конце твоей жизни.

Девушка 3: Боевой первомайский привет! Дорогие Фаинушка и Алюсик! За последнее время получил шесть писем от вас, вот это праздник!

Девушка 4: Милая, милая моя Тонечка! Я не знаю, прочитаешь ты когда-нибудь эти строки. Но я твердо знаю, что это последнее мое письмо.

Девушка 5: Интересно знать, что-то ты поделываешь сейчас? У нас на фронте как стемнеет, так и ночь. А у вас в тылу есть электрический свет?

Невеста: Пройдет время, люди залечат раны, люди построят новые города, вырастят новые сады. Наступит другая жизнь, другие песни будут петь.

Девушка 1: Пока писать больше нечего. Постарайся связаться с мамой.

Выходит Жених, девушки уходят со сцены.

Жених:

Просыпаюсь и курю...

Засыпаю и в тревожном

Сне

о подлинном и ложном

С командиром говорю.

Подлинное – это дот

За березами, вон тот.

Дот как дот, одна из точек,

В нем заляжет на всю ночь

Одиночка пулеметчик,

Чтобы нам ползти помочь.

Подлинное – непреложно:

Дот огнем прикроет нас.

Ну, а ложное – приказ...

Потому что все в нем ложно,

Потому что невозможно

По нейтральной проползти.

Впрочем... если бы... саперы...

Но приказ – приказ, и споры

Не положено вести.

Жизнью шутит он моею,

И, у жизни на краю,

Обсуждать приказ не смею,

Просыпаюсь и курю...

Александр Межиров

Выходит Мальчик с ботинком в руке.

Мальчик:

Он на складе лежал

Среди обуви взрослой и детской.

Обувь детская ношена,

Правый ботинок с заплаткой.

Его номер по книге 3209-й.

Кто носил его, где?

В Мелитополе, в Кракове, в Вене?

Кто носил его – Владек или русская Женя?

Как попал он сюда, в этот ад,

В список проклятый

Под порядковым номером 3209-й?

Неужель не нашлось в целом мире дороги,

По которой прошли эти детские ноги

В это страшное место,

Где мучили, жгли и пытали,

А потом хладнокровно одежду с убитых снимали?

Где на всех языках

О спасенье пытались молиться

Чехи, греки, евреи, австрийцы, бельгийцы.

Час расплаты пришел.

Суд народов идет по кровавым следам преступленья.

Среди сотен улик этот детский ботинок с заплаткой,

Снятый с жертвы 3209-й.

Михалков Сергей

Выходят все участники со свечами в руках.

Видео «Минута молчания»

Песня «Солдаты»

Звучит музыка «На сопках Манчьжурии»

Выбегает Девочка, играет в «классики», встречается с Мальчиком.

Был день, как день. Светило солнце,

И ветер шарил по траве.

Я тосковал, смотрел в оконце:

Отец на фронте, на войне.

И вдруг светлее стало в небе,

Подобьем радостной волны

Пришла к нам весточка:

Победа! И нет боев, И нет войны!

На печке дед заплакал старый,

Слез не скрывая, как малец,

И улыбнулась наша мама

Улыбкой счастья наконец.

Четыре года папу ждали

Мы вместе с нею, словно век.

И вот пришел под звон медалей

Родной и близкий человек.

Победа! Славная победа!

Какое счастье было в ней!

Пусть будет ясным вечно небо,

А травы будут зеленей.

А. Воротынцев

Девочка и Мальчик: Победа! Победа! Победа!

Девочка и Мальчик убегают.

Звучит музыка «Love in Venice».

Выходит Мать, потом Сын.

Мать:

Мой мальчик, как долго тебя я ждала!

И вдруг я услышала зов Победы.

Я уж на стол всё собрала,

Я жду тебя, а тебя всё нету.

Слетела давно вся пыль с черёмух.

Мой мальчик, ты где потерялся?

Наш дом уже полон друзей и знакомых,

Ты только один остался.

Сын:

Мама, ты знаешь, я виноват,

Я виноват перед тобой.

Я собирался вернуться назад,

И вдруг тот последний бой.

Бой уже после войны,

Но фрицы не знали этого.

Нервы у всех оголены,

Наверно, я пал поэтому.

Я умер, мам, прости меня,

Постой за меня у калитки.

А если Варя спросит меня,

Скажи, что любовь не ошибка.

Мать:

Мой мальчик, не уходи, постой!

Давай мы выберем путь другой.

Другой пусть умрёт в том последнем бою,

Пусть он оставит любовь свою.

Сын:

Ах, мама, другой – ведь мне он брат,

Он также ни в чем не виноват.

Раз выпало пасть мне в последнем бою,

Так я унесу любовь свою…

Прости меня, мама!!!

Сын уходит со сцены. Мать плачет, возможно, встает на колени.

Мать:

Хотят ли русские войны?

Спросите вы у тишины

над ширью пашен и полей

и у берез и тополей.

Спросите вы у тех солдат,

что под березами лежат,

и пусть вам скажут их сыны,

хотят ли русские войны.

Выходят по одному все участники и присоединяются к чтению стихотворения.

Вместе:

Не только за свою страну

солдаты гибли в ту войну,

а чтобы люди всей земли

спокойно ночью спать могли.

Спросите тех, кто воевал,

Кто вас на Эльбе обнимал, -

Мы этой памяти верны...

Хотят ли русские войны?..

Да, мы умеем воевать,

но не хотим, чтобы опять

солдаты падали в бою

на землю грустную свою.

Спросите вы у матерей,

спросите у жены моей,

и вы тогда понять должны,

хотят ли русские войны.

Евгений Евтушенко

Звучит музыка «День Победы».